Иллюзорные плюсы физической активности (продолжение).


Подобные доказательства позволяют немного поразмышлять. Сказать о них — «не очень убедительны», как делают Американская Сердечная Ассоциация и Американский Колледж Спортивной Медицины – это даже слишком. Доклад, на котором основаны эти экспертные рекомендации, и который приводиться в качестве доказательства их обоснованности, был опубликован в 2000 году двумя спортивными физиологами из Финляндии. Они оценили результаты дюжины самых лучших экспериментальных исследований, в которых изучалось поддержание веса — т.е. испытуемыми были люди, которые уже сбросили вес с помощью диеты, а теперь пытались сохранить достигнутое. В результате оказалось, что все участники этих исследований возвращали утраченные килограммы. В зависимости от вида физической активности, тренировки или уменьшали скорость набора веса ( на 90 гр. (3.2 унции) в месяц) или увеличивали её (на 50 гр. (1.8 унции)). Сами финны пришли к заключению (со свойственным всем исследователям сдержанностью), что зависимость между физической активностью и весом «более сложна», чем они могли себе представить.


Одно из последних исследований, которое не могли принять во внимание финские ученые (опубликовано в 2006 году), является особенно интересными и в том как оно завершилось, и как были интерпретированы его результаты. Его авторами были Пол Уильямс, эксперт по статистике Lawrence Berkeley National Laboratory (Беркли, штат Калифорния) и Питер Вуд — исследователь из Стэнфордского Университета, который изучал влияние физических упражнений на здоровье с 1970 года. Они собрали подробную информацию о почти тринадцати тысячах человек, которые регулярно бегали (подписчики журнала Мир Бегуна) и оценили расстояние, которое они пробегали за неделю и их ежегодное изменение веса. Те из них, кто пробегал больше — обычно весили меньше, однако, все они из года в год прибавляли в весе, даже те, кто пробегал 40 миль в неделю, т.е. по 8 миль 5 дней в неделю( 64 км в неделю и почти 13 км в день).

Это наблюдение привело Уильямса и Вуда, которые были сторонниками теории баланса калорий, к интересному предположению: даже самые активные из этих бегунов, если они хотят остаться стройными, должны еженедельно пробегать на несколько миль больше, каждый год немного увеличивая это расстояние, чтобы расходовать еще больше энергии. Согласно их расчетам, если бы мужчинам каждый год удавалось добавлять две мили к своему еженедельному расстоянию, а женщинам три, то они могли бы оставаться стройными, так как это позволило бы им расходовать калории, которые в противном случае будут сохранены в виде жира.

Давайте посмотрим к чему могут привести нас подобные рассуждения. Представьте молодого человека двадцати лет, который пробегает двадцать миль в неделю, т.е. четыре мили в день, пять дней в неделю. По расчетам финских ученых (и логике теории баланса калорий), для того чтобы предотвратить накопление жира, ему необходимо: к тридцати годам увеличить это расстояние вдвое (восемь миль в день, пять дней в неделю), а к сорока — втрое (двенадцать миль в день, пять дней в неделю). Двадцатилетняя девушка, пробегающая три мили в день, пять дней в неделю (что довольно немало), для того чтобы сохранить свою фигуру, к сорока годам, должна пробегать пятнадцать миль в день, пять дней в неделю. Если она пробегает милю за восемь минут (хороший темп для такого расстояния), то для того, чтобы контролировать свой вес, она должна быть готова посвящать бегу 2 часа в день.

Если верить в теории баланса калорий, которая приводит к выводам, что для того, чтобы поддерживать свой вес неизменным, необходимо пробегать половину марафона каждую неделю (это в возрасте сорока лет, немного больше в пятьдесят и еще больше в шестьдесят…), то может пришло время подвергнуть сомнению эти утверждения? Может быть что-то другое, а не потребленные и израсходованные калории определяют то, сколько мы весим.

В конце концов, всеобщая вера в то, что чем больше калорий мы расходуем, тем меньше будем весить, основана всего на одном наблюдении и одном предположении.

Наблюдение заключается в том, что стройные люди обычно более физически активны, чем имеющие лишний вес. Это трудно оспорить. Как правило марафонцы не страдают избыточным весом и ожирением, а призеры марафонов часто выглядят истощенными.

Но это наблюдение ничего не говорит о том, стали бы эти спортсмены толстыми, если бы не бегали, или способен ли бег на большие расстояния, в качестве хобби, превратить полного мужчину или женщину в стройного марафонца.

Вера в то, что физические упражнения помогают похудеть, основана на допущении, что мы можем увеличить энергетические расходы (calories-out), не увеличив при этом энергопотребление (calories-in). Как писала в 2004 году журналист Нью-Йорк Таймс Джина Колата в своей книге «Ultimate Fitness»: если в течении месяца дополнительно сжигать 150 калорий в день, то можно скинуть один фунт, не меняя свое питание. Однако, главный вопрос заключается в том, реально ли это. Сможем ли мы увеличить энергетические расходы, сжигая дополнительные 150 калорий в день или начать вести более активный образ жизни, при этом не меняя диету, не увеличивая количество съедаемой пищи или не уменьшая энергетические расходы в часы между этими приступами физической активности?

И опять ответ на этот вопрос отрицательный. В этой истории об упражнениях и питании я уже упоминал о концепции, которая объясняет, почему то, что раньше казалось совершенно очевидным,  теперь может быть выброшено на свалку. Смысл ее заключается в том, что если мы увеличиваем физическую активность, то тем самым «возбуждаем аппетит.» Если вы прогуливаетесь, собираете листья около дома, проходите большое расстояние, играете 2 сета в теннис или 18 лунок в гольф, то ваш аппетит усилиться – вы проголодаетесь, а если уже были голодны, то станете еще более голодными. Попробуйте увеличить свои энергетические расходы и вы получите прекрасные доказательства этого, т.к. для компенсации этих расходов, количество потребляемых калорий автоматически возрастет. Вот мы и добрались до истории о том, как об этом понятии (возбуждении аппетита при увеличении расхода энергии для компенсации затрат), при изучении взаимосвязей между питанием, физическими упражнениями и весом благополучно забыли — она является одной из наиболее странных в истории современных медицинских исследований.

До 1960-х годов, большинство клиницистов, которые лечили пациентов с ожирением, отвергали тот факт, что мы можем похудеть с помощью физической активности или заболеть ожирением из-за сидячего образа жизни, т.к. считали его наивным. Когда Рассел Уайлдер, специалист по ожирению и диабету из Клиники Мейо, в 1932 году, читал лекции об ожирении, то он говорил, что его пациенты теряли больше веса, соблюдая постельный режим, «в то время как очень напряженные физические упражнения замедляют скорость потери веса.» «Пациент рассуждает вполне логично», говорил Уайлдер, «чем больше упражнений он выполняет, тем больше жира он должен сжечь, и это должно отразиться на потере веса, однако, они оказываются обескуражены, когда этого не происходит».

Современники Уайлдера указывали на два недостатка подобных рассуждений. Во-первых, при умеренной физической нагрузке мы тратим удивительно мало калорий, а во-вторых, результаты этих усилий очень легко уничтожить с помощью неправильно составленного рациона питания. Как подсчитал в 1942 году Луи Ньюберг (Мичиганский Университет), человек, весом 250 фунтов, сожжет три дополнительных калории, поднявшись на один лестничный пролет. «Для того чтобы сжечь энергию от съеденного куска хлеба, ему необходимо подняться на двадцать лестничных пролетов!»

В конце концов, возможно ли, что если человек, весом 250 фунтов, каждый день будет подниматься на двадцать дополнительных пролетов, то он не съест эквивалент дополнительного куска хлеба прежде, чем ляжет спать?

Джина Колата в своей книге говорит, что более интенсивные и продолжительные  тренировки сжигают больше калорий и являются лучшим способом увеличить энергетические расходы, и это правда, однако, как утверждали врачи середины прошлого века, при этом значительно усилится чувство голода.

Как отмечал Хьюго Рони из Северо-Западного университета в 1940 году: «Энергичная мышечная работа, обычно, приводит к желанию, как следует подкрепиться. Поэтому, стабильно высокие или низкие энергетические затраты приводят к соответствующему уровню аппетита. Таким образом ,мужчины, занятые физическим трудом, едят больше чем мужчины умственного труда. Статистика показывает, что средняя калорийность дневного рациона дровосеков составляет более 5 000 калорий, а у портных она составляет около 2 500 калорий. Люди, которые изменяют характер своего труда, через какое то время получают соответствующие изменения в аппетите.» Если портной становится дровосеком, то и питаться он станет как дровосек, почему же предполагается, что подобное не произойдет с грузным портным, когда он ежедневно начнет в течении часа трудится в спортзале, как дровосек.

Нашей верой в то, что это происходит именно так, а не иначе мы, в основном, обязаны одному человеку — Жану Майеру. Он начал свою профессиональную карьеру в Гарварде в 1950 году, затем стал самым известным и влиятельным диетологом в США и в течении шестнадцати лет был президентом Университета им. Тафтса (сейчас в нем есть Центр Изучения Питания и Старения Человека имени Жана Мэйера при Министерстве Сельского Хозяйства США).  Те из вас, кто когда-либо полагал, что может потерять жир и предотвратить его появление с помощью физической активности, могут поблагодарить за это Жана Майера. В науке о регулировании веса человека Жан Майер был одним из первых специалистов новой волны, представления которых доминируют до сих пор. Его предшественники — Хильда Брух, Рассел Уайлдер, Хьюго Рони, Луи Ньюберг и другие — были врачами, которые занимались лечением пациентов с лишним весом и ожирением. Майер не был клиницистом. Он получил диплом по биохимии и защитил докторскую диссертацию по взаимодействию витаминов А и С у крыс в Йельском Университете. В дальнейшем он опубликовал сотни статей по питанию, включая статьи о том, почему люди набирают лишний вес, однако, в своей профессиональной деятельности ему никогда не требовалось добиться нормализации веса человека с ожирением, поэтому полет его фантазии не был скован реальным опытом.

Именно Майер впервые назвал сидячий образ жизни «наиболее важным фактором», который приводит к лишнему весу и сопровождающим его хроническим болезням. Современные американцы, говорил он, стали пассивны по сравнению с их «предками первооткрывателями», которые были «постоянно заняты тяжелым физическим трудом.» Согласно этой логике, каждое современное изобретение, от газонокосилок до электрической зубной щетки, служит только для того, чтобы уменьшать количество калорий, которые мы расходуем. В 1960-х годах Майер писал: «Развитие ожирения, в основном является результатом отсутствия дальновидности нашей цивилизации, которая затрачивает десятки миллиардов в год на автомобили, но не включает бассейн и теннисный корт в проект каждой средней школы.»

Майер начал расхваливать физическую активность в качестве средства контроля веса в начале 1950-х годов, через несколько лет после окончания аспирантуры, где он изучал генетическую линию мышей с ожирением, у которых был очень скромный аппетит. Это, как ему казалось, освобождало переедание от обвинений в том, что оно является причиной лишнего веса, поэтому Майер предположил, что всему виной отсутствие физической активности, а эти мыши, естественно, двигались очень мало. Они вообще почти не двигались. В 1959, Нью-Йорк Таймс дала Майеру возможность разоблачить «популярные теории», о том что физическая активность имеет небольшое значение в контроле веса. Он признал, что аппетит имеет тенденцию увеличиваться при увеличении физической активности, однако основой его аргументов стало то, что это происходит не всегда. Майер считал, что в отношениях между едой и израсходованной энергией существует лазейка: «Если физическая активность  снижается  ниже определенного предела, то рацион питания больше не уменьшается. Другими словами, ходьба в течении тридцати минут в день эквивалентна четырем кускам хлеба, но если вы не ходите эти полчаса, то все еще хотите съесть этот хлеб.» Поэтому, если ваша физическая активность ниже определенного уровня, вы будете есть столько же, как если бы были более активны и расходовали больше энергии.

Майер основывал свои заключения на двух (всего двух) собственных исследованиях середины 1950-х годов.

Первое проводилось на лабораторных крысах, и демонстрировало следующее: когда крыс принуждали к физической активности в течении нескольких часов ежедневно, они съедали меньше чем крысы, которые этого не делали. При этом Майер не говорил о том, что эти крысы весили меньше, а говорил только о том, что они меньше ели. Как оказалось, в дни когда крыс не вынуждали тренироваться, они съедали больше и старались расходовать меньше энергии. Их вес при этом оставался неизменным, также как и у крыс контрольной группы. Когда же крыс выводили из эксперимента, то они ели больше, чем когда-либо и с возрастом прибавляли в весе значительно больше, чем крысы которые не тренировались. У хомяков и песчанок, физическая активность увеличивает массу тела и количество жира в организме, поэтому она делает этих грызунов толще, а не стройнее.

Второе исследование Майера изучало питание, физическую активность и вес рабочих и продавцов на заводе, расположенном в Западной Бенгалии, Индия. Эта статья все еще цитируется Институтом медицины как, возможно, единственное доказательство того, что физическая активность и аппетит не обязательно идут рука об руку. Однако, его вряд ли удастся повторить, несмотря на (или из-за) значительный прогресс в изучении питания и энергетических расходов человека.*

 

Продолжение тут.

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Также на эту тему можно пичитать:

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Subscribe without commenting


Thanks: Medicina-all